Душан Васильев

Веет снег
 
Сегодня утром шёл первый снег,
тихо и сумрачно, как катафалк,
когда он кого-то везёт в последний путь.
И голос моей души умолк,
теперь он дрожит, словно прут.
Сегодня утром первый падал снег,
там, среди белого, спускающегося мира
мое раненое сердце дрожит, трепещет, плачет,
словно кто-то гонит его в припорошённое распутье.
И глаза мои красные
слёзы роняют, но в них они не найдут укрытье.
Мой образ румяный прохладен, как смерть.
моё сердце раненое раскалывается
и рыдает;
душа оголённо дрожит, будто жердь.
Набат на похороны зазывает,
и тихо веет, снегом всё завевает...
И тихо падает снег -
снег идет.

Наша любовь
 
Наша любовь: жизнь цветочных раздолий,
когда солнце согревает снежные покровы,
она благоухает молодым зелёным зерном,
и ладаном чистых трехкрылых богомолий.
 
Наша любовь – это луч светлой надежды,
мягкий и нежный, без немирных ночей,
как когда перед ясным майским вечером
соловей поёт тихие серенады, как прежде.
 
Наша любовь – это обнажённые ветки,
это тот густой туман, что нас окутал,
а увядший листок – болезненный сирота.
Любовь беззвучно умрёт в этой клетке.

Хочу
 
Я хочу, протащив за собой мяса вес,
с телом, в котором имеется кровь,
когда-нибудь самым первым стать,
при достиженьи далёких небес.
 
Я хочу, чтоб на каждом шагу,
при каждом моём дыхании,
мог любви причиною являться,
и без всяких ненужных усилий
мог бы восторженно расхохотаться.
 
Я хочу шагнуть мертвецки бледным
к трупу, лежащему в яме,
чтоб назад весёлым прибыть,
и одним своим взором на панораме
все её виды в себя вместить.
 
Хочу в темноте, победивши страх,
в себе зажечь огромное пламя,
чтобы осенить им себя на время,
пока путешествую в дальних мирах.
 
Хочу лишь самим себе быть страхом,
чтобы найти в себе что-то Новое
и Необъятное,
чтоб смех от паники освободил,
как тот, что рукою властною
своими страстями людей всех
объединил.